Ошибка молодости

Никита Шитов собирался в рейс. Был не в духе. В напарники подсунули какого-то пацана. «Геморроя не оберешься, – размышлял водила. – Уж лучше бы один поехал. На черта мне этот зеленый».

Познакомились в конторе.

– Никита, – назвался парень.

– Ты смотри, – вырвалось у Шитова, – тёзка!  А я, значит, Никита Иванович. Ну что, пошли напарник.

В машине старший Никита по-хозяйски распорядился:

– Ты давай за баранку, а я сотни через три сменю.

Сказал не просто так – хотелось оценить молодого, как он в городе поведет фуру. Может, и до заставы не доедет. Но молодой справился с задачей.

– Где, до нас шоферил? – спросил Шитов напарника.

– Я только дембельнулся, – ответил молодой.

– А где служил?

– В ракетных.

– Неужели С-400 буксировал? – поинтересовался Иванович.

– Да, почти, – улыбнулся молодой. – К концу контракта.

– Тогда я спокоен, – пошутил старшой.

Настроение налаживалось. Шитов, как и обещал, сменил молодого напарника через триста км.

– Падай в люльку, если хочешь. Понадобишься – растолкаю.

– Посижу, – ответил молодой. – Интересно, я в первый раз по М-5.

– Ну, сиди.

*         *       *

Никита Иванович болтуном не был. С прежним напарником Селиверстовым они мало разговаривали. Понимали друг друга с полуслова. Бывало, разговор заводили, если обоих какая-либо новость интересовала или еще чего-нибудь значимое. А так, впустую, не любили трепаться. Сегодня же поговорить было необходимо. Особый случай. Хотелось узнать побольше о своем молодом визави.

– У тебя семья-то есть? – спросил он молодого.

– Есть. Бабушка и дед.

– А родители?

– Мама померла, а отец, наверное, есть где-то …

– Ты прости, я не знал насчет матери.

– Да, ничего. Я её почти не помню. Она умерла, когда мне три года было.

– Да. Прискорбно. А я вот без семьи. Один холостую, – заулыбался Шитов, повернувшись лицом к Никите. – И ничего. Привык.

– И женат не был?

– Ага, но разводился раз восемь. Может, еще придется. Знаешь, есть такая песня – «Гимн холостяков». Это про меня: «Я холостяк, а не женатый раб, Неистощим я, словно баобаб, И не женюсь, пока не слаб…»

*         *       *

Шитов проснулся сам.

– Время сколько? – спросил он напарника.

– Семь тридцать, – ответил тезка.

– Так ты что же не разбудил? Паркуй. Сменю. Да и пожевать пора.

Позавтракали бутербродами с кофе. Шитов сунулся за сигаретой. Пачка оказалась пустой.

– У тебя курево есть? – спросил Иванович  молодого. – Если есть, дай пачку.  Потом верну.

– Есть, – ответил Никита и, положив рюкзак на колени, полез  в него за сигаретами.

Иванович, ожидая курева, невольно смотрел на манипуляции напарника. Из рюкзака выпала пилотка с рубиновой звездочкой. Шитов оживился.

–  Пилотка? Откуда? Сейчас  в армии их ведь не носят, сейчас картузы какие-то на головах.  Дай-ка посмотрю!

– Это не моя, — ответил Никита, протягивая Ивановичу пилотку. – Так. Память. Можно сказать – талисман.

–  О ком память?

– О матери.

– Она что? Военная была? – заинтересовался Шутов.

– Нет. Бабушка после её смерти нашла. Может отца моего пилотка. Подробностей не знаю.

Шитов взял в руки пилотку. Повертел в руках, потом  отвернул ленту из кожзаменителя, опоясывающую внутреннюю крайнюю часть  головного убора. С правой стороны прочитал вытравленную  раствором хлорки надпись: «Шитов А. 3 авт. рота».

– Ну, сынок, – обратился Иванович к Никите. – Полезай в люльку, дальше я сам поведу.

Никита забрался на лежак, готовился ко сну, взбивая подушку.

– Слышь, Никитка, – окликнул Шитов молодого напарника, – а ты, часом, не из Гаровки.

– Из Гаровки. А что?

– Ничего, — ответил Иванович. – Хочешь угадаю, как маму твою звали.

– Как? – услышал над самым ухом.

– Надежда.

– Откуда знаете?

– Да так. Спи, давай.

*         *       *

В ту осень их автобат бросили на подмогу в Гаровку, в подшефный совхоз. Осень стояла какая-то непутевая: то дожди, то вёдро. Постоянства в природе не было, а урожай был хорошим. Его и спасали. В сухие дни работали по двенадцать часов. Возили с  полей сначала зерно, потом картошку. Хоть и уставали, но молодость брала свое, находили время с местными девчатами любовь крутить.

Никита тоже замутил с одной. С Надеждой, со школьной пионервожатой. Потом шефская помощь закончилась, автобат вернули в часть. А через месяц Никита дембельнулся. Помнит, как отдал свою пилотку Ольге, благо, две у него было. Она попросила для реквизита. Собиралась со школьниками какую-то сценку ставить.

Теперь, выходит, пилотка ответочку сделала. «Сын, ведь, это твой, Никита Иванович, – отчетливо  произнеслось в мозгу. – Сын, к гадалке не ходи. И назван в честь тебя, и похож на тебя».

*         *       *

После рейса по решению Шитова обратились за помощью в медцентр.

– Все по-настоящему должно быть, чтоб не было сомнений, – говорил старший напарник младшему. – Мне надо ошибки молодости исправлять. Я точно знать должен: сын ты мне или нет».

Тест на отцовство подтвердился. На 99,89 процентов.

Вам также может понравиться

About the Author: Alina1

2 комментария

  1. Сказочник , если фантазируете,то хотя бы достовернее.Надежда или Ольга? Исправьте пожалуйста.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock
detector